Реальность и смысл жизни. Взгляд психолога

Смысл жизни настолько величествен, что превосходит все воображаемое. Нам нет нужды вырабатывать смысл существования, поскольку он уже существует, и он настолько величествен, что любой другой смысл будет ниже его. Вот почему я, как психолог уверен, что осознание этой истины будет превосходить все воображаемое. Действительно, любое иное, что мы можем вообразить, служит только препятствием постижения ее реальности. Как мог бы некто, зависимый от жизни (и не будучи ее создателем), сделать ее больше, чем она есть, или сделать ее какой-то другой? Истинно говоря, любой, кто согласен взглянуть на жизнь чуть более пристально, вряд ли поменяет ее на то, что он воображает или желает. В противном случае он крайний мегаломаниак, и в этом случае он обнаружит себя в безмерном экзистенциальном провале, поскольку существование пред-существует нам и пожаловано нам без всякого решения или выбора со стороны нашей воли.

Хотя жизнь и не приходит к нам по нашей воле, от нашего выбора зависит, как мы распорядимся жизнью. И из двух возможных подходов мы должны выбрать один. Мы либо можем принять жизнь такой, как она есть, и пользоваться преимуществами всех ее благ, либо можем ее отвергать, и тогда станем психотиками. Однако, в общем, эти две позиции смешаны, и это позволяет психоаналитику пользоваться диалектическим процессом. Наибольшие богатства приходят извне, то есть они дарованы. Они включают в себя, например, жизнь, воздух для дыхания, пищу для еды. Однако, есть многое такое, от чего мы отказываемся, или стараемся модифицировать из-за несогласия с тем фактом, что мы столь несовершенны в сравнении со всем совершенным, нас окружающим. Мы должны признать этот наш аспект, особенно, вместе с нашей позицией неприятия самих себя такими, как мы есть. В тот момент, когда мы согласимся с картиной наших заблуждений, мы придем в гармонию с этим удивительным миром совершенства. Наши богатства зависят не от нищеты других, но от значительно больших богатств, чем мы получаем и чем ищем, чтобы ими воспользоваться.

Хорошо известен факт, что только те компании развиваются быстро, которые позволяют своим служащим обогащаться (путем рационализации своего труда). Другими словами, нищета порождает только нищету; богатства же, когда их не отвергают, порождают богатства. Задача науки, особенно психологической помощи, не в том, чтобы посвятить себя совершенному индивиду, а в работе с тем, что он проявляет, а это всегда смесь ошибочной и верной позиций. Первейшая цель состоит в том, чтобы добраться до причин затруднений (заблуждений) индивида, чтобы он смог жить лучше, ибо существование хорошо само по себе, то есть существование не нуждается в модификации. Все, что нам нужно для достижения счастья - это принять бытие, как оно есть. И наиболее важным является приятие нашего несовершенства, так что мы можем прекратить наносить себе вред своим стремлением отвергнуть, исключить или исказить реальность. Следовательно, мы, прежде всего, должны осознать и признать эти позиции, если хотим себе помочь. Ограничения, которые ученый налагает на область науки, сводя ее к ее позитивистскому аспекту, это повторение того, как философ обращается с философией, а религиозные лидеры - с религией. Зачем ограничивать область действий, если содержащаяся в ней истина такая же, как и в других областях?

Мучительно видеть духовника, заточенного в стенах церкви, философа, ограниченного рамками учебной аудитории, и ученого, который, прежде чем понять феномен, пытается выяснить, относится ли этот феномен к замкнутому кругу его методологии. Они действуют так, как будто бы они принадлежали к трем различным видам, которым невозможно ужиться вместе. Та же истина, с какой мы работаем в науке, найдена и в области мысли и в области чувства. Следовательно, истинная наука, способная и обязанная помочь человеку в истинном течении жизни, та, что включает его достижения, его думы и, особенно, его эмоциональную жизнь, которая есть любовь (действие - мысль - любовь). В противоположность всему этому, имеет место позиция зависти, которая причиняет нам страдания с момента ее появления, поскольку она неестественна и иссушает сам родник жизни, который нас поит. Вероятно, нет большего бедствия, чем вызванного завистью. По контрасту, самая удовлетворительная вещь в процессе существования есть счастье, возрастающее в интенсивности, когда мы восхищаемся самым величественным - а нет ничего большего и более величественного, чем Бог. Следовательно, максимальное счастье состоит в совместной радости с Богом, ибо зависть есть "нежелание видеть", и если мы отказываемся видеть что-любо из существующего, кроме нас, мы затемняем и то, что мы есть.

Тот факт, что Бог есть высшее совершенство и чистый дух, указывает на то, что психическая жизнь выше физической, но это не подразумевает, что физическое не присуще нам, поскольку мы это связь между материальной и духовной вселенными. Действительно, духовные существа подвергаются такому же испытанию, что и мы, а это весьма основательная причина, чтобы мы не относили заблуждения к чему угодно материальному, только к решениям, принятым нашей волей. Другими словами, ангелы имеют ту же, что и мы, возможность выбрать между Создателем и ими самими, и мы знаем, что некоторые из них решили оставаться эгоистичными, - как психопатолог и психотерапевт, который верит, что лучшее решение человеческих проблем состоит в стимуляции Эго. Я часто спрашиваю себя, как это могло случиться, что человек не поглощен день и ночь невероятным чудом творения. Не надо даже касаться так называемого духовного мира, просто глядя на то, что перед нашими глазами, мы можем увидеть такое громадное великолепие, что мы не смогли бы охватить его целиком, если бы располагали даже и миллионами глаз, ушей, ноздрей, языков и пальцев.

На консультации психолога мне приходится объяснять, что мы не приемлем смерть, поскольку не созданы для достижения конца, мы созданы, чтобы пребывать всегда. Следовательно, идея смерти идет вразрез с самой нашей природой и отталкивает нас - ибо смерть не существует как таковая. В этом причина того, что святые не страшатся смерти, поскольку они знают, что жизнь продолжается, даже более прекрасная и величественная. Если бы мы позволили себе получше вглядеться в истину, которую мы затемняем из зависти, во взрыв существующего света и радости, мы бы приняли финальную встречу с Богом, как счастливую вершину бытия. Заканчивая эту главу, я приведу венгерскую поговорку, которая гласит - если бы мы могли жить так же хорошо, как жизнь живет, мы бы жили хорошо. Нет двух царств - Бога и дьявола; все сущее принадлежит Богу Нет "земного царства", противоположного царству Бога, поскольку все принадлежит Создателю. Что может существовать, однако, так это псевдоцарство фантазии, царство, которое мы пытаемся создать, которое функционирует в ограниченное время и приносит бедствия. Земля и все, что есть в космосе, вместе с духами, ангелами, святыми и даже с демонами и врагами истины, все принадлежит одному и тому же хозяину, который есть Бог.

Все принадлежит Его царству, даже не приемлющие Его, ибо они представляют собой Его величайшее подтверждение. Следовательно, если мы намерены поделить творение на добрую часть и на злую, то это будет попытка отрицать величие Бога предположением, что есть другой создатель. Как я уже сказал, все - абсолютно все - принадлежит Богу, даже демоны и слабоумные. Все вокруг нас, и все, что мы собой представляем, принадлежит истине - не только наше тело или душа, но также наша воля, интуиция, чувства, инстинкты, которыми так движет Бог и для Бога, что мы только тогда находимся в хорошем самочувствии, когда мы Его приемлем. Действительно, мы не можем совершить никакой акт, даже акт воли, не порожденный Им.

Олег Коуч, психолог